Главная / Статьи / Аксинья Гог: Фильм появляется вместе со зрителем

8 декабря 2015 

Аксинья Гог: Фильм появляется вместе со зрителем

Фильм «Путешествие Федора по Москве начала XXI века» получил главный приз на 25-м Международном фестивале в Коттбусе и попал в программу «Лауреаты ведущих фестивалей короткометражного кино 2015 года» Молодежного центра Союза кинематографистов России в рамках «Дня короткометражного кино».

 

Аксинья Гог — выпускница вгиковской мастерской Владимира Меньшова и Владимира Тумаева. До ВГИКа она училась на сценографа у Дмитрия Крымова и Евгения Каменьковича в ГИТИСе. На счету Аксиньи уже несколько остроумнейших мини-фильмов — по сути, анекдотов, но анекдотов неоднозначных. Канал Аксиньи Гог на Vimeo.

 

Победа в Коттбусе

Cамое удивительное было то, что это наш первый международный фестиваль с этим фильмом. Подобного не ожидала — фильм про Москву и для москвичей. Мне казалось, что на зарубежные фестивали его отправлять смысла нет: он просто не будет понят. Иностранцам его сложно воспринимать из-за постоянного шумового фона — телевизионных новостей.

Я была совершенно поражена, потому что реакция в зале во время просмотра была даже лучше, чем у московского зрителя. Они включились с первой секунды, смеялись все время, следили за происходящим. Конечно, пропускали какие-то вещи, которые понятны только русским — я это чувствовала. Но при этом видели главное. Ведь на самом деле фильм появляется только вместе со зрителями. В Коттбусе в зале сидит не только профессиональная публика. Это маленький городок, и местные жители, немцы, покупают билеты, приходят семьями. И у меня было очень странное ощущение. Первый раз я показывала кино обычному, настоящему зрителю.

О чем фильм

Я снимала фильм про чувства и ощущения мальчика. И в Коттбусе зритель следил за развитием этих чувств и меньше обращал внимание на новости, на абсурд. Это все фон, это мир: машины, ездящие задним ходом, и вирусы НЕлюбви. Но, по сути, конечно, фильм про мальчика, про его восприятие реальности, про стремление и любовь к Прометею, про огонь.

Почему Коттбус

Так получилось само собой. Они сами нас пригласили. Кто-то из отборщиков был на «Кинотавре», где состоялся первый показ фильма (не считая прошлогоднего фестиваля ВГИК).

Абсурд и драфт сценария

В первоначальном варианте сценария была подробнее развита тема кимберлитовых трубок и генов, которые размножаются без ДНК. Я консультировалась с геологами и вирусологами. Но потом все ушло. Я работаю так: много накидываю, потом с кем-нибудь обязательно через мясорубку пропускаю все это, вычленяю главное, мне помогают отыскать лишнее. Со сценарием фильма «Путешествие Федора по Москве начала XXI века» мне помогала моя подруга Света Черникова.

Изначально в сценарии какие-то вещи были четче. Но их пришлось отбрасывать: всегда приходится делать выбор. И для меня это был серьезный опыт в этом смысле. Приходится выкидывать какие-то понятные и хорошие вещи ради общего ощущения. Например, дед умирает, потому что новости закончились. Он был жив, пока смотрел новости и писал письмо президенту. Как только он его дописал, запечатал конверт, он умер. Он умирал, как у Маркеса, помните: она шила саван себе и умерла, как только его дошила. В сценарии эта линия прописана подробнее, но в процессе съемок она отошла, потому что не так важна.

Почему меня интриговали кимберлитовые трубки?! Существует поселок Мирный, в Якутии. Там есть кимберлитовая трубка. И она выглядит, как огромный котлован, как воронка с входом вглубь земли. Для меня это была ассоциация как раз с входом в Подземное царство Аида. И собственно у меня по той задумке вместо Москвы должен был остаться гигантский котлован, из которого вынули алмазы. И мы хотели делать графику. Это выглядело безумно красиво! Это связано было, опять-таки, с мифологией. Москва имеет кольцевую планировку, и котлован тоже роется по кольцам. Это была одна из финальных частей.

Секс без любви

Это все правда: и про вирус НЕлюбви (есть такой вирус, мне кажется), и про трубки — я уверена, если бы под Москвой нашли залежи алмазов, то придумали бы как их извлечь. Это реальность, в которую я порой больше даже верю, чем в настоящую. У меня есть такая привычка: когда я путаюсь в мыслях, то пишу манифесты для себя. Я написала: «Вирус НЕлюбви на самом деле существует», «Если бы под Москвой нашли алмазы, снесли бы Москву в два счета и изъяли бы их из-под Земли». Это просто чуть-чуть преувеличено, но так все и есть. Я убеждена в этом.

Москва и рождение идеи

Я вообще очень люблю ночную Москву. И когда мне грустно или, наоборот, весело, и хочется самой с собой посуществовать, — сажусь в машину и еду по Садовому кольцу или по набережным. Как раз в одну из таких поездок у меня было ощущение, что два каких-то маленьких человечка — как «Над городом» Шагала — летят над Москвой и за ними зажигаются огни: окна в домах, Кремлевская звезда, фонари. Оно появилось, а дальше собственно это уже начало развиваться. Плюс, когда я думала о том, что я хочу снять, чего я хочу от диплома, мне хотелось снять фильм про Москву, потому что во мне есть какая-то трепетность к ней. А вообще, такая история могла произойти в любом мегаполисе. И не стоит упираться именно в Москву. Я ее выбрала, потому что я в ней родилась и живу и потому что это красивый, волшебный город.

Актриса Мария Смольникова

Мы с Машей учились в ГИТИСе на одном курсе. И я ее сразу тогда полюбила, восхищалась ей: где бы она ни находилась, что бы ни делала, даже если она просто сидит на лестнице и делает оригами, — на нее интересно смотреть. Она излучает нежность. Нежность и ощущение рождественской сказки. Ты чувствуешь это каждый раз, когда ее видишь — вокруг нее совершенно какое-то особое поле. И вот, что на мой взгляд, получилось в этом фильме — это как раз ощущение нежности. По мне так это одно из самых сложных чувств для кино. Это вообще в принципе редкое чувство у современного человека.

Актер Тимофей Шубин

Я написала объявление, что мы ищем гения, что нам нужен странный мальчик не от мира сего. Мы искали парня аутичного и при этом отстраненно взрослого. Парень, который по-детски, но очень просто и четко мыслит, без всей этой взрослой путаницы. И Тимофей Шубин таким и является. Он любит общаться только со взрослыми. С ним я вообще сразу нашла общий язык. Во время съемок с актерами надо было повозиться, а с ним я меньше всего работала. Просто, например, скажу «легче», он такой «понял». И все! У нас только так общение происходило. Он понимал все, хотя до этого нигде не снимался. Я сразу на пробах в него влюбилась, он меня поразил тем, что был очень серьезным. И весь сценарий знал наизусть. Я спрашиваю: «Что тебе больше всего в сценарии понравилось?». Он: «Дед». Я: «А что тебя больше всего смутило?». Он: «То, что мы с Машей едим сахарную вату. Я не люблю, когда у меня кто-то берет сахарную вату». Ну вот такие смешные и странные вещи. Он абсолютно был в образе Федора с самого начала.

Персонаж Федора

Он восхищается Прометеем, который принес огонь людям и был наказан за это. Для меня образ Прометея рифмуется и с Данко, который вырвал из груди свое сердце, чтобы осветить людям путь, и с Иисусом Христом. Он олицетворяет какую-то силу, которая пожертвовала собой ради людей и за это понесла страдания. И Федю в Прометее именно это и привлекает: его жертвенность. Он же задается вопросом, если бы Прометей не принес огонь, то что было бы? И видимо меня как-то этот вопрос тоже интересует.

Безусловная любовь

В фильме есть сцена, где Ваня и Федор в кино одновременно кладут руку Маше на колени. И понятно, что Маша с Федором гораздо ближе друг к другу, чем Маша с этим Ваней из института. Ну что делать? Грубо говоря, начиналось все для меня с ощущения безусловной любви. Безусловная любовь у Прометея, у этого мальчика к Маше. Он же еще ребенок и его любовь в принципе безусловна.

Для меня на самом деле самым интересным было создать этот условный мир, в котором есть безусловная любовь. Совмещение современного мира со скульптурно-античным. У меня изначально вообще была еще сцена в Пушкинском музее среди статуй античных, но я ее выкинула. Просто на меня еще в детстве это произвело впечатление, я была фанатом Пушкинского музея, особенно зала Древнего Рима. Понимаете, взаимоотношения Феди с ушедшими эпохами — атланты, Прометей и прочее — для меня это важно, потому что в детстве для меня эти существа были более реальные, чем мои одноклассники. Почему дети очень любят античность, для меня это загадка. Эти образы, эти мифы — они все чище и понятней.

Эпиграф к фильму

«Циклопы существовали, иначе откуда взялся бы дверной глазок?». Мне хотелось соединить реальность античную и реальность современную. И показать, что это все рядом. В ГИТИСе я училась на художника, поэтому когда я придумываю, вижу историю не во времени линейно, а у меня ощущение, что я набрасываю на полотно какие-то образы, пятна, куски. Поэтому в этом фильме я хотела сделать сложносочиненное полотно, где все равнозначно. Создать вневременной контекст, где все крутится вокруг Бога, а не движется линейно во времени. Я это очень чувствую. И поэтому когда я нахожусь около античных статуй, я не думаю, что это было давным-давно. Это ощущение чего-то родного, что мне ближе того, что я, например, делала вчера.

Почему короткий метр

В начале у меня сценарий был страниц на пятьдесят, значительно больше и немножко другой. И мне его предложили делать как полный метр. Но я в конце концов решила, что не хочу этим заниматься, что хочу сделать свои 30 минут и не думать ни о чем: ни о прокате, ни о продвижении, как при съемках полного метра. Диплом, это, по сути, последняя возможность, сделать проект без ответственности перед кем-то — так, как ты сам хочешь.

 

Подготовила Ольга Баженова, интервью Наталии Егоровой для moviestart.ru